Browsing: Семья
Часть 1. Мраморная клиника и тревожный взгляд Я — Максим, столяр из Подмосковья. Конец октября выдался сырым: дождь лупил по…
Февральский блеск и январская подпись В начале февраля, в один морозный вечер, Москва казалась стеклянной: воздух звенел, на окнах машин…
Начало апреля: чемодан и тихий щелчок молнии Людмила Орлова аккуратно сложила последнюю блузку — с нежностью, которая совсем не вязалась…
Конец сентября: подпись, от которой дрожали пальцы Мне клялись, что Марсель «неуправляемый» и что рано или поздно я сломаюсь. Отдам…
Невидимая Сусанна Харитонова давно знала: в «Покровском» важнее всего не мешать. Здесь пахло дорогим кофе, кожей портфелей и чьей-то уверенной…
П’ять років, що розчинили мене П’ять років, сказані вголос, звучать як коротка пауза між двома подіями. Та коли ці п’ять…
Конец октября: ночь, когда всё сломалось Дождь пришёл с Финского залива ближе к полуночи — тяжёлый, холодный, как будто небо…
Серпневий вечір у морі У серпневий вечір, коли сонце вже сховалося за темною лінією горизонту, круїзний лайнер повільно розрізав хвилі…
Мамин проект вместо детства Отец ушёл, когда мне было пять — в середине лета, и я до сих пор помню,…
Ноябрьская тишина на кладбище Ноябрь в Подмосковье всегда пахнет мокрой листвой и холодным камнем — тем самым холодом, который лезет…